Трусость — худший из пороков

05/02/2018
Иешуа и Понтий Пилат

…и трусость, несомненно, один из самых страшных пороков. Так говорил Иешуа Га-Ноцри. Нет, философ, я тебе возражаю: это самый страшный порок.

(c) М.А. Булгаков, «Мастер и Маргарита»

Но почему? Почему страх, или, по-научному, инстинкт самосохранения, по мнению Булгакова (и не только), — самый страшный порок? Ведь, на первый взгляд, он выполняет функцию защиты устойчивого существования особи вида от всевозможных опасностей, исходящих как из внешней среды, так и из внутреннего мира.

Всё это справедливо до тех пор, пока живая особь не становится на путь к Человечности. Т.е. если психика индивида подчинена диктату инстинктов (животное), культуры (зомби), либо индивид самопревозносится в своём интеллекте (демон), страх — неотъемлемое, «невыкручиваемое» его свойство.

Но если индивид встал на путь к Человечности (что и должно происходить с человечеством по замыслу Создателя), страх для него — первое, что должно быть устранено из алгоритмики функционирования психики. Почему? Потому, что Человеком можно назвать только того, кто реализовывает свой познавательно-творческий потенциал, проявляет свободу воли (не путать с силой воли), и, в свою очередь, воля и познавательно-творческий потенциал его подчинены диктатуре совести. Страх же полностью блокирует/парализует все эти 3 компоненты. Есть все основания полагать, что, в оригинале (до цензурирования Откровения), первой заповедью, данной Моисею, была «Не бойся».

Но чтобы устранить страх, сначала необходимо разобраться, из-за чего он возникает. Если предельно обобщить, есть всего 2 причины страха:

  • незнание «поля деятельности»,
  • привязанность к чему-либо.

Именно поэтому, Человек остаётся Человеком только до тех пор, пока постигает новые знания. В идеале, он должеть делать это на протяжении всей своей сознательной жизни.

С привязанностями немного сложнее. Все мы являемся «продуктами системы», культура которой целесообразно сформирована в т.ч. и для того, чтобы формировать в нас множество разного рода зависимостей. Таким образом, наша самооценка во многом, если не полностью, зависит от чего-то вне нас (например, от того, что о нас говорят и думают другие люди). Первым шагом освобождения тут будет перенос зависимости от других людей на, например, своё дело, т.е. необходимо всё больше ассоциировать свою самооценку с тем, что мы реально можем контролировать и что от нас зависит. В идеале, в конечном итоге Человек должен полностью избавиться от любого рода зависимостей и ассоциировать себя и свою самооценку со своей душой, как частичкой Бога. Тогда страху места не будет.

В итоге, если Человек идёт по жизни, действуя по совести, постоянно и осознанно ведёт искренний и сокровенный диалог с Богом, постигает новые знания, соблюдая Человеческую этику их применения, тогда страх ему неведом, ибо:

«Вседержитель безошибочен: всё, что ни делается, — делается к лучшему; всё, что свершилось и свершается, — свершилось и свершается наилучшим возможным образом при той реальной нравственности и производных из неё намерениях и этике, носителями которых являются индивиды, в совокупности составляющие общество; Вседержитель велик и всемогущ, и милость Его безгранична.»

а

«дурное настроение, эмоциональная подавленность, раздражённость или откровенные озлобленность и злорадство — знаки того, что необходимо выявить что-то в своей деятельности, в намерениях на будущее, в своём отношении к происходящему — такое, что необходимо переосмыслить; но выявлять и переосмыслять что-либо конкретное можно только после того, как будет возобновлено ладное Жизни единство эмоционального и смыслового строя психической деятельности.»

Материалы:

1. «Мастер и Маргарита»: гимн демонизму? Либо Евангелие беззаветной веры.
2. Диалектика и атеизм: две сути несовместны.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *